Тим сказал это между делом:
— Я устал.
Вроде всё делаю правильно…
Но ощущение, что меня в этом нет.
Лука посмотрел на него так, как смотрят на человека, который ищет очки, сидя на них.
— Знаешь, — сказал он, —
большинство людей не живут.
Они находятся в контакте с тревогой.
Тим усмехнулся:
— А это вообще законно?
— Более чем, — кивнул Лука. —
Только дорого обходится.
Лука поставил на стол чашку.
— Вся жизнь — это контакт.
С собой.
С другими.
С телом.
С реальностью.
И если где-то ты выпал —
ты не живёшь, ты реагируешь.
Тим задумался:
— То есть… я не злой, не слабый и не сломанный?
— Нет, — улыбнулся Лука. —
Ты просто всё время где-то не здесь.
Как Wi-Fi с одной палочкой.
— В конфликте ты теряешь себя.
В отношениях — либо растворяешься, либо строишь забор.
В теле — живёшь как квартирант, который заходит только переночевать.
Тим вздохнул:
— Звучит обидно… но узнаваемо.
— Отлично, — сказал Лука. —
Значит, есть контакт.
— А что дают эти ваши практики?
— спросил Тим. —
Только не говори «просветление».
Лука рассмеялся:
— Просветление — это когда выключили свет, а ты всё равно видишь.
Потом серьёзно:
— Они дают простые вещи.
Спокойствие, из которого не нужно убегать.
Ты можешь быть в эмоции — и не исчезать.
Ясность в отношениях.
Где ты.
Где другой.
Где вы.
И где фантазия.
Свободу действовать.
Ты перестаёшь быть автоматом «реакция-ответ-пожалел-пожалели».
Тело как дом.
Не как проект, а как место, куда можно вернуться.
Контакт без утраты себя.
Быть рядом — не растворяясь.
И быть собой — не одиночеством.
Лука сделал паузу.
— Без этого человек либо теряется,
либо защищается,
либо зависает.
— А с этим? — тихо спросил Тим.
— А с этим, — улыбнулся Лука, —
он начинает жить.
Не идеально.
Зато по-настоящему.
Тим долго молчал.
А потом сказал:
— Я понял…
Я всё это время думал о жизни.
А теперь, кажется, начинаю в ней быть.
Лука кивнул:
— Добро пожаловать.
Тут шумно.
Иногда страшно.
Но это и есть жизнь.
И чай, кстати, уже остыл.
А значит — ты здесь.
Ваш Александр Смирнов