Рубрика: помощь

Опубликовано

Про то что есть и то что кажется

Тим (хмурится, держа в руках кружку чая):
— Лука, знаешь, у меня иногда такое чувство, что жизнь несправедлива. Один хамит и жирует — и вроде бы ему везет. А другой добрый, делится последним куском хлеба — и тут же с ним беда случается. Прямо как будто мир играет с нами в злую шутку.

Лука (улыбается в бороду, покачивая головой):
— Это потому, Тим, что ты смотришь только на обложку, а не на книгу. Хочешь, расскажу тебе одну историю про ангелов?

Тим (оживляется):
— Конечно! Ты же знаешь, я обожаю твои истории.

Лука (смотрит в окно, словно вспоминая далёкое):
— Шли по земле два ангела — старый и молодой. Уставшие, попросились на ночлег. Богатый хозяин их пустил, но спать положил в сыром сарае. И вот ночью старший ангел вместо того, чтобы отдыхать, начал замуровывать дыру в стене.
— Молодой удивился: «Зачем помогать этому скупцу?» А старший только сказал: «Не всё то, чем кажется».

Тим (смеется):
— Типично! Старики всегда говорят загадками.

Лука (подмигивает):
— Подожди. На следующую ночь они заночевали у бедного человека. Тот встретил их тепло, отдал им  свою постель, а сам ушёл с женой в сарай. А утром их ждала беда — умерла единственная корова семьи. Молодой ангел возмутился: «Почему ты не помог этим людям, ведь вчера ты помог?!»
А старший снова сказал: «Не всё то, чем кажется».

Тим (нахмурившись):
— Лука, я бы тоже взорвался! Это же несправедливо!

Лука (медленно, с мягкой улыбкой):
— Но старший ангел объяснил: в доме богатого в той дыре был клад. Он замуровал его, чтобы скупец его не нашёл. А смерть, Тим, приходила за женой бедняка. И я откупился, отдав ей корову.
Вот так: то, что кажется потерей, может оказаться спасением.

Тим (тихо):
— Значит, иногда жизнь будто играет с нами в «плохую роль», но на самом деле защищает от чего-то большего?

Лука (ставит кружку на стол):
— Именно. Мы видим лишь кусочек картины — словно смотрим на огромный гобелен через дырочку от иголки. Там — один тёмный узел, тут — непонятная линия. А если отступить, то окажется: это звёзды, реки и целый узор судьбы.

Тим (улыбнулся, вздохнув):
— Значит, когда у меня что-то не получается, стоит помнить: может быть, Бог просто замуровывает чей-то клад или откупает мою жизнь коровой.

Лука (смеётся, хлопает его по плечу):
— Вот именно! Главное — не перепутай: если корова убежала, не беги за ней слишком далеко. Может, она как раз спасает тебя от встречи с тигром за холмом. 

 Жизнь не всегда справедлива на первый взгляд. Иногда её странные ходы — это защита и помощь, просто в иной форме. Увидеть это можно только со временем… или с мудрым другом рядом.

Ваш Александр Смирнов

g

Опубликовано

Как помогать правильно?

— Тим: Лука, вот скажи… почему иногда ты помогаешь людям сразу, а иногда будто проходишь мимо?
— Лука (улыбнулся): Это ты про ту притчу о Будде и помощи?
— Тим: Что за притча?

— Лука: Ну, слушай. Идёт Будда с учениками, видит: в яму упал вол, а рядом крестьянин пытается его вытащить, но сил не хватает. Будда кивает ученикам, они помогают — и вот пару минут и бык уже на свободе.
Идут дальше. Снова яма, снова вол… Но на краю ямы сидит крестьянин и плачет в три ручья. Будда прошел мимо, даже не глянул на него.
Ученики удивились:
— Учитель, почему?
— А чем я ему помогу? Плакать? — ответил Будда.

— Тим: Ну, звучит… жёстко.
— Лука: Мудро. Одно дело, когда человек просит: «Помоги вытащить». Другое — когда он полюбил свою яму. Устроил в ней домик, повесил занавесочки из саможалости и завёл себе коллекцию грустных мыслей.

— Тим: А если он просто не знает, как выбраться?
— Лука: Вот для этого и есть такие как я. Но только если он сам ко мне пришёл и сказал: «Слушай, Лука, мне это надоело. Давай что-нибудь с этим сделаем». Без запроса — никак. Иначе это как пытаться накормить человека, который стиснул зубы и не хочет открывать рот.

— Тим: А как ты начинаешь помогать?
— Лука: Сначала — пространство. Не мысли, не советы, не готовые ответы. Пространство, где он главный. У психолога — обычно наоборот: «Это мой кабинет, мои правила, вопросы задаю я».
У меня по-другому: он решает где сесть, как устроиться. Даже в онлайн-сессии прошу найти «своё место» в пространстве. Потому что в разных местах человек чувствует себя по-разному. Это как в театре: одно дело — сидеть в первом ряду, другое — в ложе над сценой.

— Тим: И что, только от этого уже легче?
— Лука: А ты сам попробуй! Когда понимаешь, что здесь всё для тебя, внутри появляется разрешение — плакать, кричать, ржать как лошадь или молчать, как камень на дне озера. Хочешь — в родовую систему заглянем, что-то там подправим. Хочешь — в будущее сходим, себе лучшую версию создадим.

— Тим: А если он всё же хочет остаться в своей яме?
— Лука: Ну, значит, он пока любит свою яму. Иногда человек к ней так привыкает, что без неё ему страшно. Но знаешь, в чём прелесть? Я всегда оставляю дверь в это пространство открытой. Когда захочет — зайдёт.

— Тим: Лука, так получается, что помогать можно только тем, кто сам готов?
— Лука: Именно, Тим. Можно подать руку утопающему, но если он сам за неё не схватится, будешь просто стоять и махать руками над водой.

Итог от Тима:
 — Понял. Иногда лучший способ помочь — это не тянуть за шиворот, а поставить рядом тёплый костёр и сказать: «Дорога к нему всегда открыта». Кто хочет согреться — придёт сам.

Ваш Александр Смирнов

Опубликовано

Про треснувший чайник

— Лука, — сказал Тим, потягивая чай, — вот честно: меня уже раздражают эти «знающие» люди. Везде наставники, коучи, советчики. Каждый второй знает, как мне жить, что чувствовать и с кем спать. А сам — смотришь на него — и думаешь: «Ты б себе сначала помог, дорогой».

Лука кивнул и аккуратно поставил на стол старенький жестяной чайник, слегка покосившийся набок.

— Видишь этот чайник?

— Вижу. Очень… эээ… выразительный.

— Он течёт. Из него всё время капает из этой трещины возле носика, хотя с виду — он вроде вполне целый. И что самое интересное — он сам абсолютно уверен, что заваривает самый правильный чай.

— Ха, — усмехнулся Тим, — уверенный чайник! Отличная метафора.

— Вот и с людьми так же, — сказал Лука. — Человек часто не замечает своей трещины, пока не начнёт кого-то поить своим «правильным чаем». И чем больше он раздаёт «правильности», тем больше капает мимо.

— Но почему так? Почему мы так любим учить других?

— Потому что учить другого — легче, чем встретиться с собой. Когда ты говоришь: «Ты не так живёшь» — ты временно отворачиваешься от собственного «не так». Как будто у тебя внутри не каша, а методичка.

— А что же делать, если хочется помочь? — спросил Тим. — Или ты правда видишь, что друг идёт в стену, а ты — ну знаешь, как можно иначе…

— Тогда не учи. Стань рядом. Послушай. Поделись опытом, но не как «врач», а как «пациент, у которого та же болячка». Потому что если твой совет идёт из страха за другого или из желания быть «лучше» — он не лечит. А если из любви и признания своей человеческой уязвимости — тогда он может согреть.

— И всё же… как не скатиться в этот «режим эксперта»?

Лука улыбнулся, взял тряпочку и аккуратно подложил под носик чайника, где снова набежала капля.

— Надо время от времени заглядывать в свой чайник. Смотреть, не подтекает ли. И не забыл ли ты, что ты — не источник истины, а просто носик, через который иногда проходит что-то важное.

— А если я уже начал учить? — спросил Тим. — И понял это только потом?

— Тогда прости себя. И сделай глоток чая. Потому что главное — не быть всегда правым. Главное — быть живым. И учиться самому, каждый день. Иногда — у дельфина. Иногда — у чайника.

Ваш Александр Смирнов